Выбери метро
Выбери район

Однажды у Надьки

Категория: Потеря девственности

У меня не было средств, у меня было поганое настроение и сессия на носу. При таких слагаемых сумма носила имя «Надька». Я ее знал более одного года. Надька была старше меня на 20 лет, не обривала ради меня ноги, грудь у нее была непонятная, фигура — полноватая. Но она всегда все делала по разуму… она знала, что перед сексом мне нужно отлить, что я люблю прохладную минералку, она спрашивала на пороге «как дела?» (дежурно, но спрашивала!), и главное, ей не нужно было звонить перед приходом. Если на мой стук в дверь никто не отвечал, я разворачивался и уходил. Если Надька была дома, она меня воспринимала.

В сей раз все было как-то не совершенно обычно. Я не сообразил, в чем дело, в прихожей было пусто, будто бы половины вещей не было, но как бы ничего непосредственно не пропало. Сама Надька казалась рассеянной. Я спросил… «А где всё?» — «Я стену новейшую покупаю». — «А-а-а…» Она мягко засосала мои губки, и это тоже было на неё не похоже — обычно мы поначалу передвигались через кухню в комнату. Я желал засунуть руку под халатик, раз уж так все закрутилось, да и халатика на ней не было, была шёлковая блуза, очень солидная. Спешит, что ли, куда? Наверняка, так и было… моя «неотложка» собралась по делам, но ради меня притормозила. Хорошо, Надь, спасибо за твое огромное сердечко и всё остальное, тоже огромное, но щедрое. Если ты спешишь, то и я поспешу.

Я заскочил в сортир, а позже мы молчком откочевали к ее двойной кровати. Два на два метра, хорошая штука. Надька раздела меня со скоростью метеорита, молчком, нервно. Толкнула в грудь. Я свалился на горку подушек и решил расслабиться. Ей виднее, как ей ловчее. Моя древняя любовница раздвинула мне ноги коленом, ловко поместилась около паха и начала ублажать член. Она была стопроцентно одета, и я сообразил, что сейчас все ограничится минетом. Очередной сюрприз. Ранее если она мне его и делала, то только ради того, чтоб подзавести, позже я работал сам. Я лежал и дышал уже неровно, гадая попутно, чего у нее вышло. Может, спросить позже?.. Нет, не стоит. У нас так глубоко можно было лезть исключительно в различные дырки, а в душу нет. Уйя, что она делает??

Надька будто бы забылась. Она задумывалась не обо мне, я это лицезрел. Она сосала член гневно, время от времени задевая зубами. За что я обожал её обыденную технику, так это за мягкость… она всегда делала паузы, перемешивала поглаживания, различные поворотики, ладошка прогуливалась по стволу винтом, а рот вообщем врубался полностью исключительно в самом конце. Она всегда целовала меня в бёдра, до колен и назад, до яичек, пощипывала то там, то тут губками, нередко специально меня смешила — то хлюпать начнет, то член «растеряет» и шарит ртом рядом. На данный момент мне показалось, что она желает меня оскопить. Я был совсем немощен, так как она не выпускала мой орган изо рта, и я страшился ее отпихнуть, чтоб не пораниться. Она не давала мне ни секунды на отдых, чувства были быстрее болезненные, чем приятные, точнее, и то, и другое совместно. Язык напористо обрабатывал головку… туда — с сопротивлением, загибаясь вовнутрь, назад — с подсосом, прижимая ее к нёбу. Меня начало колотить. Я ощущал, что несколько чувствительных точек просто онемело, во всяком случае, кожа, а снутри не похорошему завязывается жаркий истязающий узел. Я не мог расслабить ни ноги, ни спину, стало горячо, я так никогда не потел — ни на ней, ни на ком другом. Она прервалась на полсекунды, чтоб перенести центр масс… наверняка, у нее затекла 2-ая рука либо нога- в это время я ощущал ее зубы, прихватившие крайнюю плоть. Позже она опять начала заглатывать меня, стопроцентно, злостно, безустанно, как автомат. Я кончил в один момент сам себе, как и следовало ждать, с болью. Я закричал. Мне стало от этого постыдно, но дело в том, что я не сходу сообразил, что я ору. Мне вдруг примерещилось, как раз тогда, когда выбрызнула сперма, что я повешен за член, что я сношаю пламенную богиню (богиню-вагину, блядь, ну и поэт из меня в таковой момент), которая висит на темноватом потолке и держит меня влагалищем. Я перед сессией обычно читаю фантастику. Должно быть, перечитал.

Позже мы лежали молчком минут 5. Надька положила в рот жевательную резинку. Слава богу, хоть тут все, как обычно. Я поразмыслил, что на данный момент она попросит меня уйти, так как у нее дела. Может быть, она даже ожидает другого мужчину. Но она меня не торопила и даже будто бы успокоилась. Я поколебался, но все таки спросил…

— Что у тебя случилось?

Она ответила здесь же, охотно…

— Расстроилась я, Лешка. У моей племянницы есть мужик, «новый российский». Роман крутят уже полгода. Здесь он собрался уезжать заграницу, навечно, а у Ленки месячные опоздали. Она поначалу по дурачься устроила ему истерику, чтоб с собой взял, а позже ляпнула, что он ее кидает в положении. Он пообещал, что приедет и «разберется». Если правда беременная, даст средств на аборт, если пробовала его шантажировать, поначалу шкуру спустит, позже бросит. Только поругались, она домой пришла — и пожалуйста, потекла. Две недели дома посиживает, трясется.

— Так она, наверняка, правда его шантажировала?

— Ну даже если и так, это ведь не повод ей жизнь разламывать! Она не собиралась ни оставлять этого малыша, ни замуж не просилась. Просто желала с ним поехать. Юная совершенно девчонка. Я вот думаю, если ей забеременеть за этот период времени?

— Фигня, он усвоит, что срок не тот.

— Не непременно. Если они купят обыденный тест, срок там не видно. А если пойдут на УЗИ, то еще проще. Я работаю в той больнице, к которой она приписана. Как раз на УЗИ. Попадут или ко мне, или к моей подруге, я с ней договорюсь. Зародыш я показать могу, а сколько ему недель, это не с его мозгами определять.

— А вдруг он ее куда-нибудь в платную клинику повезет?

— Он их связь не засвечивает. Юная она.

Мне было лениво мыслить, что она имеет в виду. Одеваться тоже было лениво. Я произнес, чтоб не уходить…

— Ну, так ты же выдумала всё. Чего волнуешься?

— Думаешь, получится?

— Наверняка.

Она поглядела на меня внимательно. Я ощутил неловкость, так как не поддержал ее надежд. Я решил показать, что думаю над ее планами, и увидел…

— Только мужчины нужно избрать стороннего, а то трудности будут.

— Ты согласишься?

Я сообразил, что напрасно начал разговор. Дело было непонятным. Девка, судя по всему, безголовая, если на нее нажмут, она этому «новенькому русскому» выболтает, от кого залетела. Мой папа был тоже «небольшим боссом», но конкретно небольшим. Чёрт, придется все таки уйти.

Надька увидела, что я решил отрешиться, и не отдала рта раскрыть.

— Подожди! Ты взгляни на нее, у меня ведь фото есть!

Она открыла тумбочку и выложила цветную фотку. У меня, если честно, от удив-ления глаза стали круглыми, как у мыши. Племянница была красы редчайшей. Девчонка была в купальнике, на пляже, чьи-то руки-ноги были срезаны (она стояла там не одна, но кадр отформатировали под нее). Молодая, точно. Я всегда с годами промахивался, но эта какая-то подозрительно юная. Но прекрасная! Очень! Правда, фотка была чуточку темновата, но я лицезрел, что кожа у нее гладкая, никаких изъянов нигде нет, это точно. Я ощутил, что начинаю беспокоиться. А кстати, как этот «новый российский» меня отыщет? Надька знала только моё имя, мы познакомились случаем, в ее подъезде. Я там скрывался от дождика и депрессии,… а она ключ в своём замке сломала. Что она обо мне знает? Что я студент? Что у меня предки живут в Самаре? Мой универ и моя общага были отсюда далековато. Я вздохнул и произнес с каким-то дурным презрением не знаю к кому…

— Я не желаю, чтоб она чистилась от моего малыша.

Надька улыбнулась…

— Лёш, какой ребенок? Ему будет недели три. Никаких органов, три зародышевых листка, и все. Никакой нервной системы. Ему не будет больно. Он — ребенок для тех, кто его ожидает. Вам это кучка клеток, два-три мм в поперечнике.

Я неуверенно поглядел на нее. Насчет малыша я поверил. Насчет племянницы тоже. Пряная, страшная история. Я желал в ней участвовать.

— А если она не залетит?

— Придется выдумывать «выкидыш». Справку ей сделаю, но не знаю, как она это все сумеет изобразить.

— А если они захочут бросить малыша?

— Не захочут. Речь железно шла об аборте. Он просто желает убедиться, что девченка его не употребляет.

-Хорошо.

Надька молчком вышла. Я слышал, что она гласит по телефону из прихожей. У меня взмокли ладошки. Я лежал, не шевелясь. Успею одеться, поразмыслил я. Пока я прислушивался к ощущениям, которые по мне бегали совместно с мурашками. У меня таковой прекрасной девчонки никогда не было. Я вообщем с этим делом поздно начал, уже в институте. Однокурсницы соглашались, но тоже не самые калоритные. Им всем любви охото. Мне пока нет. Для меня секс — это не просто секс, это еще настроение. Но не любовь, погодим пока с таким томным орудием.

Пока я размышлял, входная дверь хлопнула. Я в панике метнулся было к краю кровати — где, блин, мои трусы? Хотя бы? Но раздевался я в сей раз не сам и в изголовье ничего не нашел. Я откатился назад на подушки, мускулы на животике сократились, член почему-либо приподнял голову и немного колыхнулся в такт моей акробатике. Она переступила порог. И Надька следом. Я вошел в ступор. Фото лгала. Женщина была раз в 10 привлекательнее, чем там. И еще молодее! Школьница, точно!! При этом не последнего и не предпоследнего класса! Бляха, во что я влип!

Женщина застыла около дверного проёма. Она смотрела на меня во все глаза, напряженно, очевидно взволнованно. У меня руки только потели, а у нее тряслись, и от этого она мне мгновенно стала поближе.

-Вы условились? — спросила она. Глас расчудесный. А что в ней не расчудесное?

-Да, — просто отозвалась Надька.

Я пришел в себя…

-Надежда, сколько ей лет?

-Четырнадцать, а что?

-Ты сдурела? Я не желаю посиживать за развращение!

Она улыбнулась…

-Хорошо. Давай мы тебя привяжем к кровати. И позже женщина тебя изнасилует.

Я заткнулся и побагровел. Я поразмыслил конкретно про это… что Надька делает подставу, снимает все сокрытой камерой, а позже меня кто-то обвинит в том, что я поимел девченку. Поимел ее, естественно, кто-то другой, а свалить желают на меня. Но если меня вправду привяжут?… Только как я тогда буду её ебать-то?

Я молчал. Надька, тоже молчком, достала из шкафа четыре различных ремня и пристегнула мои руки и ноги. Хуй торчал победно, а ведь я уже сейчас кончал, и кросотка моя пока даже колготки не сняла. Но когда Надька окончила меня парализовать (так для себя, естественно, страховка, при желании можно освободиться, но для чего?), она стала раздеваться. Она не скрывалась от моего взора, но стеснялась. Когда на ней не осталось ни единой нити, я ощутил, что свалял дурачины. Привязываться было не нужно. Я желал ее трогать! Чувствовать! Она была вся как из золота, ноги ровненькие, колени прекрасные, пизда не бритая, вся в русых колечках, наикрасивейшая попка, животика никакого, но не костистая, малая грудь, без всяких уродливых набухших сосков, без дебильной бижутерии, где не ждёте, ничего ярко-красного. Она сделала небольшой шаг ко мне. У неё ничего не тряслось, но ничего не казалось жестким, «накачанным». Она присела мне на ноги, выше колен, удерживая тело на весу. Концы волос задели моей кожи. У нее, оказывается, волосы ниже талии, я сходу не увидел. Она застыла, и мне показалось, что она не решается ничего сделать.

-Я помогу, — тихо произнесла Надька.

«Не нужно», — разочарованно поразмыслил я, но меня никто не спрашивал. Надька принялась меня целовать. Мы никогда этим не злоупотребляли, и я опешил, что она, оказывается, такая искусница. Она нередко отрывалась, язык и мягко вытянутые мне навстречу губки были все тут, языком глубоко не лезла. Такие несерьезные, лёгкие поцелуйчики. Я в первый раз ощутил, каким смачным может быть язык. Она целовала все лицо, шейку, а грудь, которая из блузы чуток высовывалась, прикасалась к моему телу так же тихонько, как язык к языку. Я лицезрел из-за надькиной спины верх девицы, но не лицезрел ее руки. Она взяла мой член у корня. Холодная рука. А у Надьки тёплые. Всюду. Надька прилегла рядом на бок, ногой прижимаясь к бедру. Она одета. Она одета. Практически нигде нет ее мягенького щедрого тела. А эта — напротив. Поднесла головку к собственному мокроватому… Жарко. Не садится. Очень медлительно тычет им куда-то. Я содрогаюсь. Надька голубит руками мои ноги, уже посиживает. Позже, мимоходом, провела рукою по телу девицы. Я ощущал это так, будто бы сам провел — не знаю, почему. Она касается моего хуя поверх ее неуверенной руки. Не так здесь что-то, блядь, ну не так! Надька немного изгибает ей спину, давя на крестец. Я чувствую, как хуй лезет куда-то, ползёт по таковой пещере, в какой ему быть тесновато. Как её новый российский с ней живет? Он пигмей? Она резко вскидывает зад, позже опять неуверенно садится. Я чувствую каждое дрожание её мускул снутри. Надька, дыша прерывисто, но очень тихо, покрывает моё тело поцелуями, мне от их горячо, я 2-ой раз за денек начинаю обливаться позже. Женщина ловит ритм, ее волосы лаского метут мои ноги, Надька одна передвигается свободно, я чувствую её грудь стопами, пальцами, каждой голенью. У меня узенькие бёдра. Как отлично. Ей комфортно двигаться. Хотя у нее такие длинноватые ноги, что…хватило бы гиппопотама обнять. Ввысь и вспять, вниз и вперед. А ведь она не кончит. И Надька тем паче. Меня обслуживают две бабы. Кончу только я. Я что, сейчас именинник? Еще… Давай еще, узкая… Дай мне…Дай мне.

Когда Надька начинала целовать меня, её рот был для меня жарким. На данный момент он был холодным для моего раскаленного языка. Я кончил в ту секунду, когда она оторвалась от моих губ, практически укусив. Я снова кричал. Да хуй с ним, пусть постыдно.

Марево в очах развеялось. Женщина уже оделась и уходила. У двери она обернулась и произнесла решительно, обращаясь, кажется, ко мне… «Спасибо. Мне всё понравилось». Тётка приостановила её, заставив проглотить какую-то пилюлю. Женщина стремительно проглотила и смылась.

Я лежал, глупо уставившись в потолок. Она отдала ей противозачаточное. Что еще это может быть??

-Это подстава?

-Ты же сходу сообразил.

Надька застегнула те немногие пуговицы, которые были не в порядке на блузе, и стала меня отвязывать.

-А в чем смысл?

-Девочке хотелось начать жить половой жизнью. Она страшилась, что 1-ый раз ей будет больно и плохо. Я пообещала посодействовать, если получится, побыть рядом и даже привязать мужчину. Чтоб она сама всем управляла.

-Дурь …какая-то. Я бы не сделал ей больно. Могла бы просто попросить.

-У тебя была когда-нибудь целка?

-Нет.

-Это принципиально.

Я искривился и стал одеваться. Одежка сходу нашлась. Мне было тошно. Нужно же, сука древняя, как она меня просчитала! И что соглашусь, и что даже дам себя пристегнуть. Я поразмыслил, что непременно найду её племяшку. Так, сказать, что она мне тоже приглянулась. А к Надьке я больше не приду.

Я увидел, что она за мной следит. В общем-то, сам дурачина, но очень хотелось её стукнуть. Кажется, она это сообразила. Она произнесла тихо…

-Я её пожалела. Я как вспомню собственный 1-ый раз, Лёха, мне тому козлу, который меня имел, мозги охото вышибить. У нас любовь была, не просто так всё. Он знаешь, что гласил, когда залез на меня? «Я не могу не кончить, я тогда себя плохим мужиком буду чувствовать». Я в луже крови лежала, собственной, мне было больно, холодно, я его уже терпеть не могла. А он, когда кончил, произнес… «Ты не подмахивала совершенно. Ну ничего, поживем — научишься».

-Заботливая ты, — произнес я, помолчав. — Как её зовут?

-А для тебя это нужно?

-Всё равно найду.

-Найди.

Я ощутил к ней жалость. Мой член был в крови, я это только-только увидел, когда одевался. Если б я был в состоянии, я бы трахнул на данный момент мою «неотложку», как следует было ее трахнуть в тот, 1-ый раз. Но сил не было. Я придвинул её к для себя, поцеловал лаского поначалу в голову, позже в висок, позже в губки. Она улыбнулась мне благодарно.

-Ну, эту девченку мы от стресса освободили.

-Ты на кого учишься?

-На психолога.

-Ха-а-а.

Позже я испил с ней чаю и ушел. Сессию сдал, как ни удивительно. Правда, на это время я выпал из жизни. Когда я в последующий раз пришел к Надьке, мне открыл незнакомый мужчина. Я так растерялся, что стоял столбом минутку. Ему надоело ожидать, и он сам произнес, что квартиру прежняя хозяйка продала, а он тут сейчас живет. Означает, я был прав… вещей в прихожей, вправду, не хватало, Надька посиживала «на чемоданах», когда я был тут последний раз. Дверь закрылась. Я не знал, по какой потере печалиться больше… по Надьке либо по ее девченке, которой «всё понравилось». Не хватало обеих.

Проститутка Натали
Проститутка Натали

Мне 35,

3000 руб./час 
12000 руб./ночь 

229

Фото 100% мое, не салон, приглашаю состоятельного мужчину, которому подарю ласку, нежность и тепло своего тела Я начинаю танцевать стриптиз….

Показать телефон
+7 (909) 904-91-76
Посмотреть анкету
Добавить комментарий